Добро пожаловать, странник! Раз ты волею судеб оказался здесь, разреши кое-что тебе рассказать. Может быть, ты что-то слышал о Перси Джексоне, ныне знаменитом герое, совершившем множество подвигов? Так вот, оглядись – ты находишься в лагере полукровок, месте, откуда начинались все его приключения. Возможно, ты тоже являешься чадом одного из Богов Олимпа? Вперед – не зря же ты здесь оказался. Тебя ждут Великие дела, а также администрация с широко распростертыми объятиями!




Рейтинг форумов Forum-top.ru

УБОЙНАЯ СИЛА НОВОСТЕЙ
Октябрь, 15 – пошла четвёртая неделя с начала олимпийских игр – самого яркого и зрелищного спортивного состязания в истории лагеря полукровок! За это время мы успели насладиться прекрасными выступлениями в таких дисциплинах, как стрельба из лука, бег в вооружении, фехтование, плаванье и даже метание копья. Огромнейший талант наших юных участников настолько велик, что с небес просто сыплется дождь из золотых медалей! Особенно, неожиданно для всех, отличились дома Гермеса и Гестии, которые, по количеству медалей идут вровень к абсолютной победе. Не терпится узнать, как же изменится ситуация, после проведения борьбы, гимнастики и прыжков в длину?
© Анастейша Феницис
ПОГОДА
+16 °C: Непостоянство. Этим словом можно одарить состояние погоды на сегодняшний день. Кажется, Солнце задумало сыграть с нами в прятки.
ВЫЛАЗКА
Первая линия - очередь Анастейши Феницис Вторая линия - очередь Марии Хепберн.

Resistance

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Resistance » Регистрация » Регистрация: Янош Тудаш


Регистрация: Янош Тудаш

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Имя и фамилия: Янош Тудаш.

Возраст: 16 лет.

Биография: Антескриптум. Я пытался (смысл не в биографическом).

Попытка - попытка.

«Happiness – he’d say is
A trick of the mind and hands».
Сюжет записки был бесхитростен. Янош - так случилось - знал, на кого ссылался адресант. Единственное, что настораживало пытливый умишко Тудаша, был вековечный вопрос, которым хронически заболевала его голова: «Кто из этих тупарей додумался?». Едва ли какая-то особь, вырвавшаяся из пучины окружавшей их посредственности, низошла до чужеземной лирики. Это было бы близко к фантастике. Пришлось договориться с мыслью о том, что кто-то из товарищей по пионерии усилием воли нашел его скромный бложик с  ненашинскими стишками и с филигранностью лубочного мастера вырубил из великой поэмы пару строчек.  Что ж, похвально для человека с айкью обезьяны. Записка погрузилась в рюкзак.
- Listen up, listen, - проскрипело что-то в конце аудитории. Тудаш ажно подумал, что кто-то зачитает его бложик целиком. Но эта была только учительница. Довольно многовековая учительница. В обычной школе такую учительницу бы съели с потрохами, уж больно смиренная она, эта учительница. Только же здесь её слушались. Это было большой загадкой, однако Тудаш подозревал, что она имеет самое простое объяснение. Этому Яноша научил горький психологический опыт. В людях он, дай Бог, разбирался чуть лучше, чем кофемолка. Да, кофемолка, дурища, уступала. Но отнележе, как он оказался в интернате, ему стало понятно, почему людьё от случая к случаю поступает нешаблонно. А другой раз – категорически шаблонно. Люди здесь были несложные в плане арифметики, и найти в них застрявший «Х» не составляло труда. За это Янош их ненавидел и благодарил.
- Джан… Джанос Тудас… Грек? – полюбопытствовала марьванна, изучая журнал. С классом она пересеклась впервые. Можно было простить этот ляпсус, несмотря даже на то, что Янош всеми жилами презирал людей, которые неправильно произносили его имя.
- Почти, - ответил он покорно. – Венгр. Янош Тудаш.
- Джа… Золотко, может, ты выступишь?
Понятное дело. Партия уроков с интенциями социализации и нравственного ренессанса. Попробовать отформатировать человека - не самое плохое починание, но с людьми вроде Яноша это было чуть менее полезно, чем попытка обучить чупокабру благодеяниям и душевной теплоте. Но не думаете ли вы, что он бы отказался от броневика? Мало того, что Тудаш – ничего не скажешь - был отличником по трепологии, так еще и мысль о том, что учительница может вызвать кого-то из амёб, и амёба растечется пустозвонием и невнятным блеянием по паркету, крайне толкала на ораторское преступление. Приближался к доске Янош имперской поступью порфироносца.
- Спасибо, что согласился. – Была она любезна. – Итак, расскажи нам о себе. Можно рассказывать всё, что хочешь. Ты, наверное, уже знаешь это правило.
- Очень может статься, что знаю, - провозгласил он, на секунду опершись обеими руками на стол с видом чрезвычайно довольного человека, глядя на одноклассников. – Припоминаю. Я уже говорил тут о своих литературных предпочтениях, о взглядах на научные теории и отношении  к современной политике. Совсем иной коленкор, что вам это ни на полмизинчика неинтересно, я прав? Вы горазды рассказывать про свои имя, фамилию, возраст и семью. Стоит ли мне открывать закулисье своей кулуарной жизни? Только если стенографисты запечатлеют мою биографию на бумаге и передадут ее своим убогим потомкам.
- Джанос, короче! – разозлилась тихая назидательница. – Кончай этот цинизм.
- Цинизм - это верно подмечено. Вы угадали. Думаете, каким это чудом я - здесь? Начнем с предыстории. Кстати, я Янош.
Так вот, родился однажды в прекраснейшей из стран человек, именем Яноша Гарайя, фамилией – не вышел. Жил целых восемь лет в Будапеште. Восемь лет – это мнооооого, - протянул Янош – Вот столько, – и развел руки в стороны. -  За восемь лет можно освоить программу двенадцати. И было у человека всё нормулёк, пока отец, ученый дурахвост, не перевез человека в страну Кока-Колы и уличных дансеров. Человек успешно поступил в одну из высочайших школ, так как был бесконечно умён и талантлив, и проучился там целых пять лет. Больше всего он ненавидел английский язык и глупость. Но пятилетку отработал успешно, с перевыполнением, можно сказать. И всё в нем было идеально, кроме того, что человек статично вызывал приступы агрессии у одноклассников. Но что я рассказываю, вам ведь это знакомо. Понимаете, я думаю, глупость надо пресекать на корню. Но детей, которых называют «умными» бесит, когда кто-то обращается к ним «Здравствуй, дерево!». Тогда даже самые благоразумные из благоразумных кипят нервами, особенно если они личностно не состоявшиеся американцы. Когда вода кипит, она рискует вылиться через край, знакомы вам такие законы физики? Для человека, о котором я рассказываю, это вылилось в пару лишенных смысла и идеи драк и исключением из высочайшей школы с неразумным и не красящим его как ученика (но однозначно красящим его как личность) клеймом провокатора. Затем последовала серия обычных школ, и с каждым разом уровень там был всё ниже и ниже. И докатился человек до класса коррекции. Не за пустоту в голове, а за чужое пристрастие к дракам и вздорам. Вселенская несправедливость! – Янош внезапно остановился.
- Это всё, что ты можешь нам рассказать? – спросила назидательница. Недовольство аудитории его рассказом чувствовалось эмоционально, но больше – фонически. Янош улыбался:
- Да, наверное. Это вся его жизнь.
- Почему ты говоришь «его»? – продолжала психологический анализ личности марьванна.
- Человека.
- Чёрного человека… - громогласно и насмешливо прошипело что-то с последних рядов, заставив Яноша врасплох. Но смятение быстро прошло, когда он вспомнил о записке.
- И кто из вас это сказал? – Внезапно с тошнотворной робостью, несвойственной для оратора, спросил он. Янош хотел съязвить, чтобы заткнуть кого-то (а кого, это, впрочем, не так и важно – уже с пяток минут вся аудитория выказывала недовольство), но у него с какой-то стати совсем не поворачивался язык. Было в этой неповоротливости что-то мистическое.
- Что сказал? – встрепенулась назидательница.
- «The dark man», - с излишне выступившим акцентом, который ранее умело скрывался, ответил Янош.
Все вокруг посмотрели на него с недоумением. Учительница неловко улыбнулась ему:
- Все сейчас молчали.
- А разбитое зеркало? – находясь в какой-то фрустрации, почти что рационалистической коме и глядя в одну точку, спросил Тудаш. Он и сам не понимал, что вызвало в нем такую реакцию. Он был уверен, что точно слышал это сейчас.
- Что?

Внешность: Из криминалистического портрета: «Плечи средней ширины, руки средней толщины. Поверхность ногтей плоская. Сильно выступают лопатки. Ноги прямые, стопа посредственная. Имеется кадык, располагается в районе шеи. Средний размер ушной раковины, контур овальный. Подбородок вертикальный, прямоугольный. Частые зубы, пломба в восьмерке справа. Раса европеоидная.
Из мелочи: удивительный нос, исключительный лоб. Черные волосы, прическа индивидуальная, в зависимости от погоды. Глаза глубокопосаженные, серого цвета. Рот пойдет. Выдающиеся брови. Одет в зависимости от материального состояния. По временам носит очки. Похож на Иосифа Сталина в годы его юности. Не ахти какой, но мезоморф по предрасположенности».

Характер: Безнадёжный пациент палаты №6 – немного псих, немного шизофреник, а так сам по себе гений. С детства был сложным и чрезвычайно проблемным гадом: начиная с трудностей в воспитании и заканчивая рядом отклонений развития. В умственном плане всегда развивался с большой скоростью, в школе шел на опережение программы, знал всякий предмет на «А+». В остальном помотал нервы всем, кто его окружал. С раннего детства страдал острой формой СДВГ. К слову «страдал» можно относиться скептически, ведь, по большому счету, Яношу это даже нравилось, он был доволен всем. Любил вывести старших из себя и с искусной виртуозностью это делал.
Еще в раннем детстве на нем поставили жирный крест: буквы на письме он не различал. Даже потом, находясь в относительно сознательном возрасте, он не мог быстро и безошибочно прочитать коротенький текст на уроке, что сильно досаждало. Его медицинская карточка гордо хранила в себе омерзительный для него диагноз – оптическая дислексия. Омерзительным он был хотя бы потому, что Яношу, привыкшему из любой мелочи делать информацию,  необходим был навык чтения на приличном уровне. Не раздражаясь он мог прочитать около одной страницы текста. Дальше его нервная система начинала протестовать, кипела каждой своей клеткой, и хотелось пустить пулю в висок, вожделеющий этой пули. Все книги он обычно слушал в прочтении, но тут давала о себе знать фонематическая дислексия. Всех людёф, с которыми ему доводилось учиться, это крайне возмущало. Его бы возмущало тоже. Человек, не умеющий связывать буквы – в слоги, слоги – в слова, слова – в предложения, предложения – в целостный текст, не может предъявлять к кому-то претензии по вопросам интеллекта. Янош мог.
В совокупности оба эти заболевания должны были сделать его необучаемым остолопом, и учителя, которые были знакомы с трудностями его развития, относились к нему настороженно. Но устный ответ не спишешь. С учителями, что правда, он не испытывал особых проблем. Как ни крути, назвать Тудаша невоспитанным язык не поворачивался. Он мог грубо себя вести по отношению к сверстникам, но старость уважал. Это знал каждый школьный педагог, начиная с двадцатипятилетнего возраста, – Янош уведомлял.
С ранних лет обладал специфическим взглядом на мир, расценивая его скорее как парантезу с грамматической точки зрения, то есть, что-то в скобках, не имеющее особого отношения к общему тексту. Межличностные отношения, социум и прочее были ему интересны, но никогда не были корнем его жизни, как это обычно случалось со всеми американскими подростками, для которых связь с обществом становилась первоочередным элементом существования. К людям вообще относился интересно, но об этом мы поговорим позже.
Кроме специфического взгляда на мир обладает специфическим чувством юмора, хотя все окружающие утверждали, что оного у него и в помине не было. Не привык смеяться над тем, что «привычно» и «повседневно». Да и в принципе дежурный юмор ныне живущих поколений расценивает как пошлость и скудоумие. Сам шутит привилегированно, так, что никто и не замечает. Как каждый уважающий себя интеллектуал (в некоторой степени) всегда ссылается при этом на тонкость собственного юмора, хотя это не помогает.
При всей своей социальной неловкости, почему-то не кажется в глазах окружающих странным. Высокомерным – да, придурком – да. Но «странный» - это особая категория, под которую попадает не всякий, по крайней мере, в тех коалициях, куда его жизнь попеременно забрасывала.
Тем не менее, нередко становился жертвой психологического анализа, и столь же часто в ходе того ему приписывали диссоциативное расстройство личности. Его Янош и сам в себе примечал, но считал, как минимум, признаком гениальности. Ему всегда хотелось развить его до финальной стадии и посмотреть, что с ним будет. Экспериментаторский азарт в нем тоже взыграл с юных лет. Сам выделял в себе две противоположности: логика и эмпирика. Всегда предполагал в себе уникума и до сих пор уверен в том, что сумел развить оба полушария мозга с одинаковой интенсивностью. Ему хорошо даются точные науки, но они часто кажутся ему скучными. Игры ума скорее происходят на более интуитивном поприще. Ему нравится литература, не только отечественная, но и зарубежная; не только знаменитая, но и малоизвестная. Родной язык – венгерский. Бегло разговаривает на английском, почти не позволяя себе акцент. Двумя словами может переброситься и с немцем. По натуре вообще лингвист и воображало. Демонстрация навыков и превосходства – его повседневное занятие, хобби, перерастающее постепенно в необходимость и рутинную работу. Не осознает, что в чем-то может быть хуже других. Тем не менее, не ставит целью кого-то обидеть или принизить, глупость окружающих для него –  естественное, вечное, непреодолимое, то, с чем им, Яношу, пришлось смириться. Не считает себя критиком – считает наставником. Многословен, экспрессивен, но имеет недостаточно широкое эмоциональное поле. Буквально может умещать в себе радость, восхищение, пренебрежение, блаженство, брезгливость, вдохновение, возмущение, интерес, иронию, скуку, опустошенность. Дальше по мелочи: фрустрацию, ущербность (не свою, конечно), удовольствие, торжественность, в чрезвычайных ситуациях – любовь, но редко. Другая сторона личности, как уже было сказано, сухая математическая. Его отец считал это биполярным расстройством. При всей своей экстраверсии, открытости и невозмутимости, Янош мог враз становится замкнутым и закрытым от всего мира. Практического объяснения этому пока не найдено, но он продолжает опыты. Раньше он предполагал, что это защитный механизм, но, с другой стороны, не находил то, от чего ему стоило бы защищаться. Поэтому до сих пор считает, что это мистика, а также провокация и вызов его психики, которая нередко играет с ним в догонялки. Путем психологических операций выявил в себе беса, имя ему – легион. Единственный выход находит только в учреждении личностной программы «сам себе экзорцист».
Верен идеям Ницше. Стойко убежден в своей сверхмиссии и считает себя сверхчеловеком, что, отчасти, правда. Любит лгать, но не привирать. Маленькая ложь, приукрашивание для него – восьмой человеческий грех. Из семи грехов человечества воплощает только один. Угадайте, какой.
Любит философию, но ненавидит философов в реальной жизни, поскольку, как уже было сказано, практик, а больше – реалист. Это не мешает ему восторгаться футурологическими теориями и верить во всякую хрень. Разбирается в литературе, немного в филологии, меньше – в истории, еще меньше – в людях. Хотя верит в то, что способен рассчитать каждого до самого последнего слова. С поведенческой точки зрения это действительно так. С эмоциональной – надо подумать.
Имеет ряд глубоко моральных убеждений, связанных больше с миром, чем с личностью. В частности, перечит Достоевскому, нагло предполагая, что мир всё-таки спасет уродство, а дело мира – спасать красоту. Нравственный ренессанс расценивает как динамику эволюционного развития человечества и, одновременно, как ежедневную борьбу личности за идеалы. От идеологии не отклоняется. Как ни странно, восхищается, по большей части, алкоголиками: Петром I, Есениным, Эдгаром Аланом По, Джеком Лондоном. Да и вообще убежден, что здоровые люди гениальными не бывают: вот взять хотя бы спортсменов. Поэтому с детства приписывал себе эпелепсию-эпилептоидность. Все соглашались.
Доброжелателен к людям, общается на равных, но стоит кому-то показать свою образованность – вдруг начинает ощущать себя на другом интеллектуальном уровне. Если сталкивается с умным человеком, стремится прыгнуть выше головы. Любит споры, доказательства и всякое ораторство. Умеет заливать, бывает полезен в вопросах убеждения, а позже – переубеждения. Нетипичный зануда, но всё же зануда. Человек, противный во всех отношениях. Самому ему кажется, что он несет добро и свет.
В общении с незнакомым человеком старается «прощупать почву». Тем не менее, идеальные, с его точки зрения, люди никогда не смогут стать ему настоящими друзьями, так как вопреки всем своим политическим программам он тоже далеко не Грэм. Напротив, охотнее сдружится с тем, кто во всем «не такой», потому что ординарность – для ординарных. А он сверх и понад. Несмотря на весь свой гадкий характер, готов милосердно быть с людьми чуть более непринужденным, чем он есть. Иногда даже компанейским.
Перфекционист, но ленивый. Требователен к себе и к другим. К труду относится с невообразимым для человека с кардинальной неусидчивостью прилежанием, но не потому, что «так надо», а скорее для себя любимого. Все, что изучает, создает, над чем думает, становится для него не школьной миссией, а персоналистической. Любая наука расценивается им как вызов его способностям, именно поэтому он соревнуется не со сверстниками-отличниками, и даже не с учителем, а, должно быть, с мирозданием в принципе. Право закона, считает он, должно принадлежать ему, как и право последнего слова. Из любого объекта или постулата стремится выжать как можно больше информации, поскольку считает, что бесполезных знаний не бывает. Именно поэтому если он вдруг в разговоре спрашивает о самочувствии собеседника или его семье, это не значит, что он желает быть дружелюбным и внимательным. Он добывает информацию. Инстинкт добычи в нем вообще не просыхает. Иногда Янош сам не замечает, как вступает в бессмысленный диалог, и каждую его крупицу непременно сохраняет в памяти. С другой стороны, это не самое бесполезное расстройство. Всем своим заболеваниям он даже благодарен.
С детства хотел быть филологом, литературоведом, лингвистом, астрофизиком, математиком, логиком, кассиром и летчиком-испытателем. Считает, что не каждый свой выбор нужно объяснять. Вообще всегда интересовался и точными науками, и неточными. Физика и математика – это для удовольствия. Иногда приятно лунной ночью вычислить интеграл. Языки и книги – это профессиональное и незыблемое, куда еще девать ораторские способности? Социология и история всегда шли отдельным строем, как механизм познания любой окружающей его ситуации.
Профессионально занимается перспективной разведкой. Пока не видит ни одной хорошей перспективы. Строит политические планы, создает концепцию мироздания по собственным чертежам, ночами мечтает о мировом господстве. Но всё это ложь, пропаганда и комедия. На самом деле, он прост, как линейное уравнение. Больше юморист, чем мудрец, и даже вокруг своей личности, возвышенной особы, чаще выстраивает комические конструкции, хоть и с приставкой «нано» - невооруженным глазом не заметишь.

Оружие и артефакты: Перочинный нож. Просто так, картошку чистить.

+3

2

Новый мужчина в лагере. Первый сын Афины. Брат. Хвала небесам! От лица всех женщин лагеря посылаю горячий сердечный привет.
Думаю, такое распределение не стало неожиданным: еще пару языков в копилку, и можно было бы вас отправлять сразу к Метиде. Поэтому вот вам, Янош, ключ от обители детей Богини мудрости. Вас там нежно ждут. По всем вопросам можете обращаться ко мне или старосте своего домика - Элизе Рейд. Учебу рекомендую начать с этого семестра, все равно мы до сих пор не разогнались хд Как раз сейчас идут акции - так что можно даже успеть наверстать разбег с первым местом.
Приятной игры!  :love:

0


Вы здесь » Resistance » Регистрация » Регистрация: Янош Тудаш


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC