Добро пожаловать, странник! Раз ты волею судеб оказался здесь, разреши кое-что тебе рассказать. Может быть, ты что-то слышал о Перси Джексоне, ныне знаменитом герое, совершившем множество подвигов? Так вот, оглядись – ты находишься в лагере полукровок, месте, откуда начинались все его приключения. Возможно, ты тоже являешься чадом одного из Богов Олимпа? Вперед – не зря же ты здесь оказался. Тебя ждут Великие дела, а также администрация с широко распростертыми объятиями!




Рейтинг форумов Forum-top.ru

УБОЙНАЯ СИЛА НОВОСТЕЙ
Октябрь, 15 – пошла четвёртая неделя с начала олимпийских игр – самого яркого и зрелищного спортивного состязания в истории лагеря полукровок! За это время мы успели насладиться прекрасными выступлениями в таких дисциплинах, как стрельба из лука, бег в вооружении, фехтование, плаванье и даже метание копья. Огромнейший талант наших юных участников настолько велик, что с небес просто сыплется дождь из золотых медалей! Особенно, неожиданно для всех, отличились дома Гермеса и Гестии, которые, по количеству медалей идут вровень к абсолютной победе. Не терпится узнать, как же изменится ситуация, после проведения борьбы, гимнастики и прыжков в длину?
© Анастейша Феницис
ПОГОДА
+16 °C: Непостоянство. Этим словом можно одарить состояние погоды на сегодняшний день. Кажется, Солнце задумало сыграть с нами в прятки.
ВЫЛАЗКА
Первая линия - очередь Анастейши Феницис Вторая линия - очередь Марии Хепберн.

Resistance

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Resistance » Регистрация » Регистрация: Майса Хольмгрен


Регистрация: Майса Хольмгрен

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Имя и фамилия: Мария Свея Хольмгрен (Майса, Мари, Мия, Мэри)

Возраст: 16 лет, 08.01

Биография: «Мир, говорят, сгорит в огне
Иль станет льдом.
Вкус страсти я познал вполне -
Пожалуй, мир сгорит в огне.
Но если дважды гибель ждёт,
То ненависть познав сполна,
Я знаю как смертелен лёд -
Боюсь, зима
Нас всех убьет».

- громыхал телевизор. Майса сидела на кровати, закутанная в одеяло, и ела шафранные булочки с безалкогольным глинтвейном. В комнате было еще темно. Источниками света прислуживали только полутемный телеэкран и свет фонарей, который бил в окно, отражаясь от снега. Оптимистический прогноз вручал какой-то английский актер, который немного переигрывал, когда зачитывал Роберта Фроста. Шведское ТиВи обиловало англоязычными каналами. Майсе нравилось слушать чтение зарубежной литературы.
Настроение создавалось совсем не праздничное. Тётя, дядя, двоюродные сёстры – все куда-то уехали. Майса же сослалась на больной желудок и осталась дома с утра. На столе стояли уже потухшие, истекшие воском свечи. 13 декабря. В Швеции праздновался День святой Люсии. Вечером ее ждала процессия в лютеранской церкви.
Городок у них был небольшой. Самый север страны. Но тихий, красивый, спокойный. Сейчас здесь стояли страшные холода. Она жила в аккуратном, новом пятиэтажном доме. Вдоль практически всей улицы тянулась полоса набережной. Если обогнуть двор и выйти на площадь, то прямо напротив храма – большая вода. Балтийское море, несмотря на сильный мороз, замерзло ненадолго. Сейчас там друг об друга бились гигантские льдины, а под ними – бушующая холодная стихия.
День святой Люсии – особенный праздник. Он справляется в честь мученицы, которая была ослеплена и убита из-за своей веры. Этот день всегда считался светлым, чистым и непорочным. Особенным он был и для Майсы сегодня, однако она этого не чувствовала. Она знала, что число 13 счастливым не бывает.
Зала храма была полна людей и, вместе с тем, странной тишины. Все замерли в преддверии праздничной процессии. Майса стояла на ступенях. Вокруг нее, держа горящие свечи в руках, окаменели дети в белых одеждах. На ней было такое же белое платье и широкий красный пояс по традиции. На голове -  венок из свечей. Она едва дышала. Темнота, тишина и только отблески свечей на белых стенах. В руках тоже была свеча, и воск медленно капал вниз. Она страшилась смотреть на огонь. Он казался ей поглощающим чудовищем. Свечу она держала еле-еле. Еще немного, и выпадет. Тогда заполыхают полы ее платья, и она сгорит вместе с ним. Тепло медленно жгло руки. На нее смотрели улыбающиеся люди. Запел хор. Майса не запела.

«Санкта Люсия,
В чудном мерцаньи,
В зимнюю ночь дари
Света сиянье!
Нас унося в мечтах,
Словно на крыльях,
Вспыхнет твоя свеча,
Санкта Люсия».

Тяжело стало в голове. Она посмотрела на тётю, которая недоуменно смотрела на нее. Звенели детские голоса, жгло руки, воск чистой слезой кривился в выемке свечки. Майса муторно дышала. Ей казалось, еще немного, и пламя этой свечи поглотит и ее дыхание.
Странный страх взял ее. «Нужно избавиться от свечки», - проскользнула истерическая мысль. После этого в голове не появилось больше ни одной мысли до конца этого ужасного дня.
Всё было как в тумане. Майса до сих пор помнит лишь то, как медленно подносила свечку к лицу, и как этот огонь зловеще тянулся к ней. «Санкта Люсия», - пели дети – «Вспыхнет твоя свеча». Лицо зажгло неимоверно сильно. Особенно больно стало в правом глазу – по щеке потекли слезы, хотя она сильно зажмурилась. Она бросила свечку куда-то в сторону и побежала, не думая ни о чем. Вспыхнул ли пожар, или свечка потухла в полете – этого ей неизвестно.
Набегу она вытирала слезы, все еще крепко зажмурившись. Она не видела куда бежит, но как будто бы знала это. Словно видела каждый свой шаг, и каждый камень на этой улице чувствовала интуитивно. Она практически перестала слышать, но ей чудилось, что за ее спиной громыхают тяжелые шаги.
Под руками оказалась каменная плита. Майса наперед знала, что будет, и страх охватил ее. Ступни соприкоснулись с плитой, а в следующий момент ноги оторвались от поверхности. За спиной послышался крик тёти. Но в ледяной воде, укутавшись в снега и лёд и скрывшись с головой под ними, она уже этого не слышала.
В Стокгольме она была уже пару месяцев. События годичной давности не давали покоя ни ей, ни ее семье. Тётя постоянно спрашивала Майсу об этом, надеясь, что что-то прояснится. Но из всего круговорота моментов племянница могла вспомнить далеко не многое. Её заперли в больнице. Причем, в достаточно дорогой больнице для того, чтобы обеспечить ребёнку все условия. Доктора улыбались и учтиво отвечали на ее вопросы, что нет, это не правда, она не сошла с ума.
Хольмгрен стояла у окна. Было темно, а в палате светила желтая лампа. На стекле отражалось ее лицо. Она стояла вполоборота и смотрела на ровную скулу и голубой цвет радужки глаза. Затем повернулась анфас. Сколько бы она не смотрела в зеркало, она не могла привыкнуть и каждый раз пугалась собственного отражения. От правого глаза вверх и вниз тянулась тонкая сеточка шрамов. Сам глаз сделался практически белым, только слегка коричневатым. Уже год она им совсем не видела. Хотя иногда ей казалось, что туман рассеивается, но это был лишь фантом.
- Так значит, ты говоришь, что всё это произошло в церкви в День святой Люсии? – спросил психолог. Его она не помнила. Предыдущий уволился приблизительно неделю назад, а этот пришел только вчера. Пришлось объяснять всё с самого начала.
- Да. – Лаконично ответила девушка.
- Ты помнишь, что тебя напугало?
- Огонь. – Майса грустно посмотрела на собственное отражение. Она сама не знала, что тогда произошло. Почему она убежала. Кто заставил ее все это сделать. Да, она была уверенна, что без помешательства тут не обошлось. Не могла она этого сделать по доброй воле. Её как будто кто-то вёл. Стараясь отвлечься от этих сложных мыслей, она перевела взгляд на комнату. На столе лежала большая разноцветная книга скандинавских мифов. – Иногда мне кажется, что моя жизнь – Нифльхейм. Холодная и тёмная. Но, несмотря на всё это, мне нравится тот холод. Сама я Хёд – кем-то обманутый слепой бог тьмы и зимы. – Майса пожала плечами и странно улыбнулась. – Может, поэтому я так боюсь огня. Я растаю.
- Помни, что Нифльхейм, столкнувшись с Муспельхеймом, образовал жизнь. Я чувствую в тебе Эливагар. Хотя я и не большой любитель скандинавских мифов, - покачал головой доктор.
- А какая мифология вам нравится?
- Древнегреческая.

Внешность: Майса всегда хотела казаться «милой». Наверное, так. Слова «красивая» или «хорошенькая» здесь не подойдут. Ей хотелось выглядеть ровно так, как ей позволяет природа и средства гигиены, но притом притягивать людей и, скорее всего, не привлекательностью, а теплотой, улыбкой, каким-то внутренним светом. Красоту в людях она замечала, прежде всего, по огоньку в глазах, который не спутаешь ни с чем.
Не то, чтобы Хольмгрен была эталоном красоты. Об идеалах она вообще не слышала. Но правильные черты лица и общая миловидность позволяли ей считать себя «достаточно так ничего». И всё же внешность всегда интересовала ее меньше всего. Ей нравилось то, как она выглядит. Но последняя катастрофа навсегда изменила ее облик. На самом деле, в этом нет чего-то страшно омерзительного или отталкивающего, но девушка сознательно наградила себя множеством комплексов. Глаза Майсы от природы всегда были красивого голубого цвета. Но после случившегося правый побледнел, и радужка стала светло-серовато-коричневой. Глаз не выглядит как больной, но сетка шрамов вокруг него наталкивает на мысль. Шрамы расходятся недалеко. Напоминает узор, который возникает на коже человека после удара молнией, только во много раз меньше, тоньше и светлее. Как будто бы морозный узор на стекле.
Лицо у девушки правильной овальной формы с неглубокими ровными скулами. Кожа гладкая, матовая, как будто светящаяся, однако слишком светлая, «снежная», даже бледноватая, как, наверное, у многих шведов с типичной этнической внешностью. Поэтому при первых лучах солнца, более менее согревающих, Майса всегда старалась подольше гулять на улице, и даже если погода не слишком располагающая, надевала майки и юбки, чтобы впитать побольше солнечного света и хоть немного загореть.
Нос прямой, аккуратный. Губы тонкие, но изящные. Румянец на щеках, как ни старайся, отсутствует. Есть небольшие, едва заметные синяки под глазами от частого недосыпа, потому что, по правде говоря, Майса – ночное существо и типичная сова. Блондинка. Волосы, скорее больше белёсые, чем золотистые, отросли ниже плеч сантиметров на десять, прямые и очень мягкие. Прически обычно не делает и в привычной повседневности просто ходит с распущенными волосами, они ей не особо мешаются. Разве что на учебу она может сделать пучок или косичку, чтобы выглядеть более-менее достойно. Косметики девушка не носит и вообще ей не очень нравится терпеть этот слой на своем лице. Поэтому краситься она может только в девичьей компании или на внушительные праздники, когда общий задор торжества и желание казаться леди охватывают и затуманивают рассудок.
Майса достаточно высокая девушка, но высокая в ракурсе изящества. Она выше своих сверстниц, но это не делает ее фигуру нескладной или громоздкой. Клички «дылда» или «шпала» к ней неприменимы хотя бы потому, что она не вызывает впечатление какой-либо угловатости или непропорциональности. Она как раз из тех девушек, которым идет высокий рост, и даже шпильки не делают ее образ комичным. В целом, ее фигура гармонична. Майса не страдает худобой, но и не объедается. Она стройна и нежна. Нельзя назвать ее телосложение спортивным, и мышц, мускулов у нее тоже нет. Во многом физические упражнения ей даются тяжело, но это не значит, что у девушки совсем нет силёнок. Обычно держит осанку, хотя нередко ее тянет сесть, сгорбившись, закинуть пятку на стол и писать конспекты в полусогнутом состоянии, повесив голову и язык на плечо. Чаще всего все эти таланты проявляются дома. На людях же Майса держится скромнее. Рафинированности ее внешности придают изящные узкие руки и длинные пальцы с аккуратными ногтями прямоугольной формы с белыми полумесяцами у основания. Носит два серебряных кольца с белыми и голубыми камешками. На шее – серебряный кулончик, который девушка чаще прячет под одежду.
К слову, в одежде должного изящества нет. Все описанные достоинства скрывает умело подобранный гардероб. Сама Майса уверена, что ее шкаф со всем содержимым – апогей совершенства. Привыкшая к холодам девушка чаще всего носит джинсы или брюки, а сверху – вязанные свитера и бадлоны. Ей нравится закутываться в шерстяные кофты, и чем больше на ней теплой одежды, тем (почему-то) милее она себе кажется. Любит пальто и куртки с мехом, ботинки и сапоги. Почти неразлучна она со своей пижамой и предпочла бы в ней выходить даже в высший свет. Однако наряжаться Майса тоже любит. На праздники она не прочь надеть длинное платье или белую блузку. Но всё же чаще всего в одежде преобладают тёмные тона, контрастирующие с достаточно светлой внешностью. Во всём девушка ищет антитезу.

Характер: Сложный и противоречивый. С одной стороны, Майса добрый человек, светлый и сердечный. Она действительно стремится совершать поступки по уму, помогать людям и быть во всём честной. Однако с другой стороны, она может казаться окружающим «запертой» в своем собственном мире, закрытой и холодной. Ей нравится общение с людьми, но для нее оно представляется интимным, поэтому ей тяжело находится в больших, незнакомых компаниях. Друзья для нее – это святое. Им можно вверить покаяние. Близкие люди для нее, в первую очередь, не веселье и смех, а что-то родное и теплое. С ними можно делится, и они всегда поймут. Наверняка, именно по этой причине у Майсы практически нет родных.
Девушке достаточно сложно разговориться, но дело не в стеснительности или закрытости, а в принципе в характере. Поэтому часто она держит свои секреты при себе и никому их не доверяет. Вообще, ей уютнее находится в одиночестве. Как бы иногда не хотелось объятий и поддержки, она знает, что в ее мир всё равно никто никогда не вторгнется. Даже самый родной человек окажется за пределами доступа. Одиночество – это апофеоз всех жизненных стремлений, как бы страшно это не звучало. Ей нравится быть одной, и она знает, что так будет лучше.
Но несмотря на всю внешнюю закрытость, душа ее теплая. Нельзя сказать, что Майса – образец прекраснодушия, и в ней в моральном плане идеально всё, но она умеет и любить, и видеть красоту, и восторгаться. Она с особенной нежностью относится к деталям, к искусству и к миру, считая, что во всём есть своя правда, своя религия и своё великолепие. Ей нравится черпать красоту и сохранять ее в своей душе, именно поэтому она любит учиться, узнавать новое. Вершиной человеческого таланта считает поэзию и литературу. Однако по сути своей больше склоняется в сторону разума, чем в сторону чувств. Считает, что рационализм - основа всего. Поэтому холодный и трезвый рассудок для нее превыше всего, не обращая внимания на то, что в реальности она иногда может поступать отнюдь не в согласии со здравым смыслом. Но всё же она стремится к тому, чтобы все ее жизни было с геометрической дотошностью вымерено. Желательно, всё-таки умом, а не эмоциями. Несмотря на это, Майса нередко уходит в мир грёз, и это и есть то внутреннее пространство, в котором она чаще всего замыкается. Мечты, сказки и легенды для нее пленительно красивы, и ей неважно, по-детски ли они добрые или кровожадно-злые. Мир прошлого и мифический мир привлекает ее своей масштабностью и величием и нередко ей кажется, что именно легенда - исток всего сущего.

Оружие и артефакты: Никогда не имела, надеется на то, что по прибытии в лагерь, ее посетит удача.

Отредактировано Майса Хольмгрен (2017-02-05 18:38:31)

+3

2

Приветствую в лагере, Майса!) Мы вас уже любим-обожаем!
И вот они: первые полоски новостей! В лагере будет возведен домик Хионы, и все благодаря вам. А пока он строится - вот уж не знаю, насколько это затянется, пять минут чи пять лет - вас приютит домик Гермеса, куда у нас ссылаются все бесприютные) Попрошу не упоминать в постах способности до тех пор, пока они официально не будут учреждены. С ними вы потом сможете ознакомиться непосредственно в домике Хионы.
Учебу можно начинать с этого семестра, времени еще полно) Но если пока не очень хочется тонуть в этом Хаосе, то рекомендую неспешно знакомиться с лагерем и с его обитателями. Также заверяю, что любой из лагерян вам с удовольствием поможет и в беде не оставит, поэтому можете смело обращаться с вопросами.
Рада видеть вас в нашей обители!  ^^ Приятной игры!

0


Вы здесь » Resistance » Регистрация » Регистрация: Майса Хольмгрен


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC